«Он хотел жить, моя крошка»: мать обвинила врачей скорой в смерти сына

Корреспондент РЕН ТВ встретилась с москвичкой Любовью Фокеевой. Она потратила много времени и сил, прошла через процедуру ЭКО, чтобы забеременеть. И у нее родился сын. Но жизнь двухмесячного мальчика оборвалась 9 октября. Безутешная женщина винит во всем врачей скорой помощи, которые отказались госпитализировать ребенка и ввели ему инъекцию препарата, который колется детям только с 3-летнего возраста.


"Он хотел жить, моя крошка": мать обвинила врачей скорой в смерти сына

"Он хотел жить, моя крошка": мать обвинила врачей скорой в смерти сына

Любовь вспоминает, что решила вызвать медиков после того, как у сына поднялась высокая температура. О том, что с ребенком что-то не так, она сразу сообщила супругу.

«Сказали, что сейчас сделаем укол»

«Это был четверг, все у него было в порядке. Он был здоров у меня, сын мой (плачет). Радостный, все, никаких проблем, что он болел у меня. Потом в пятницу ночью я его в 01.00 ночи по времени покормила, в 02.00 он начал у меня капризничать. Я его покачала в кроватке, а он все равно капризничает. Я взяла его на руки к себе, а он весь горячий. Я померила ему температурку, у него температура 38,5 была. Я позвонила сразу мужу. Сказала. Муж позвонил, вызвал скорую помощь. Приехала скорая помощь. Во сколько, Жень?

— Приехала где-то в 04.00 утра.

— Они в такое время приехали. Я говорю: «У него температура 38,5. Дайте ему сиропчики». У меня просто племянники, у меня сестричка сиропчиками температуру сбивает. Они говорят: «У нас нет сиропчиков, сейчас надо послушать». Они его послушали, потом спереди, сзади послушали, градусник дали и горлышко посмотрели. Сказали, что горлышко — у него все нормально, не хрипит, ничего. Просто температура, простыл ребенок. Сказали, что сейчас сделаем укол. Говорят: «Аллергия есть?» Я говорю: «Знаете, он у меня тяжелый, недоношенный родился, на 34-35-й неделе. Я его не выносила. Тяжелые роды были после ЭКО. После тяжелых родов он лежал в реанимации, почти две недели в реанимации. А потом в терапию нас положили, и я с ним сразу легла в терапию. Потом мы в терапии неделю полежали, и нас выписали домой. Дома потом были, все нормально у нас, обследовались, ходили в поликлинику, проверялись, и как здоровый ребенок — ничего у нас такого плохого не было. Ничем не болел.

Я же им перед уколом предупредила: недоношен, 34-35 неделя, что тяжелые роды, лежал у меня в реанимации, а они взяли его и укололи. Как называется укол – дротаверин. Я с терапевтом разговаривала, с 3 лет колется, а моему малышу было, крошке любимой, долгожданному, ему было только два месяца. Они его укололи почти передозировкой…

«Мамочка, вы слышали, что нам сказали — мы вас не берем»

Женщина рассказывает, что еще перед вызовом «скорой» собрала сумку, поскольку думала, что их заберут в больницу. Однако врачи позвонили в больницу и поинтересовались там: «что делать с мамочкой с ребенком». Им сказали, чтобы Любовь оставалась дома и вызывала на дом терапевта. Собеседник медиков также попросил их сказать, что работа выполнена и покинуть адрес.

«Мамочка, вы слышали, что сказали, мы вас не берем. Они развернулись и уехали. И вот они только уехали, высыпало красными пятнышками, он начал не так дышать! Он стонал!» — вспоминает она момент, когда ребенку резко стало становиться хуже.

«Он хотел жить, ручками придерживал эту масочку»

Вскоре в квартиру пришла доктор-терапевт. Маме стали говорить, что это «потница» и посоветовали поставить ребенку противовирусную свечку. Осмотревший ребенка врач посоветовал в случае, если ребенку станет хуже, опять позвонить «скорую» и не воспринял всерьез беспокойство родителей.

«Муж побежал купил. Мы вставили эту свечку. И ему вообще стало хуже. Он стал, как мне показалось, покрываться трупными пятнами. Я позвонила в скорую и сказала: «У меня малыш умирает. Он пятнами покрылся. Приедьте, пожалуйста!». Они приехали, начали ему оказывать помощь. Вызвали ему на дом реанимацию, выгнали нас с мужем в коридор, спасали его уже в комнате у меня. Его не могли спасать, потому что надо было везти в реанимацию, где там больше аппаратуры… Мы вызвали реанимацию, нам дали маску, мы сели в скорую, ехали в Морозовскую (больницу). На Морозовскую не хватало, они приехали с маленьким баллончиком, он уже заканчивался, этот кислород. Она начала другой кислород. Он был сильно прикручен. Она его дергала, дергала, не могла снять. Я одну открыла, а вторую не смогла тоже открыть… А он, мой сынулечка, он хотел жить, ручками придерживал эту масочку и держал этот шланг, который подсоединенный сильно. Уцепился за этот шланг своими ручоночками», — вспоминает Любовь, не сдерживая слез.

К сожалению, спасти малыша не удалось. Женщина уверена, что если бы врачи забрали ребенка сразу в больницу, он бы смог получить квалифицированную помощь и остался жив. А ей и ее мужу не пришлось бы сегодня хоронить единственного сына, который появился на свет только два месяца назад.

В Департаменте здравоохранения Москвы, комментируя события, которые произошли 9 октября, заявили, что медики провели жаропонижающую терапию и состояние младенца якобы улучшалось. Однако это заявление опровергают слова матери. Ее сыну с каждым часов становилось хуже. Депздрав проводит проверку по факту произошедшего. Этот же случай изучают и сотрудники правоохранительных органов.

Источник

1 - 1
Posted by /Posted ago